то-то забыл, я бы не знал об этом, потому что мне нужно было бы забыть.
— Я не об этом. Скажем, ты прекрасно помнил что-то, но вдруг забыл. Что-то вертится на языке, а что — никак не поймешь.
— Я не понимаю, мадам. Если я что-то знаю, то всегда вспомню, когда понадобится.
— Отличная память.
— Обычная, мадам. Так я сконструирован.
— И это надолго?
— Не понял, мадам?
— Я имею в виду — как долго может функционировать твой мозг? Ведь в нем воспоминания за два столетия — сколько еще в нем поместится?
— Не знаю, мадам. Пока я не испытываю затруднений.
— Да, но когда-нибудь ты обнаружишь, что больше не в состоянии запоминать.
Дэниел задумался.
— Такое возможно, мадам.
— Знаешь, Дэниел, не все твои воспоминания одинаково важны.
— Я не могу выбрать, мадам.
— Другие могут. Твой мозг можно очистить и снова наполнить воспоминаниями, скажем, процентов десять от того, что было. Тогда тебя хватит еще на несколько столетий. А если такие чистки делать регулярно, ты стал бы вечным. Правда, это дорогостоящая процедура, но я не постояла бы за ценой.
— А со мной посоветуются, мадам? Спросят моего согласия?
— Конечно. Я не стану приказывать тебе: это означало бы не оправдать доверия доктора Фастольфа.
— Спасибо, мадам. В таком случае должен сказать, что никогда не соглашусь добровольно на такую процедуру, если только сам не обнаружу, что моя память перестала функционировать.
Они дошли до двери. Глэдия остановилась, честно недоумевая:
— А почему, Дэниел?
— Есть воспоми
— Я не об этом. Скажем, ты прекрасно помнил что-то, но вдруг забыл. Что-то вертится на языке, а что — никак не поймешь.
— Я не понимаю, мадам. Если я что-то знаю, то всегда вспомню, когда понадобится.
— Отличная память.
— Обычная, мадам. Так я сконструирован.
— И это надолго?
— Не понял, мадам?
— Я имею в виду — как долго может функционировать твой мозг? Ведь в нем воспоминания за два столетия — сколько еще в нем поместится?
— Не знаю, мадам. Пока я не испытываю затруднений.
— Да, но когда-нибудь ты обнаружишь, что больше не в состоянии запоминать.
Дэниел задумался.
— Такое возможно, мадам.
— Знаешь, Дэниел, не все твои воспоминания одинаково важны.
— Я не могу выбрать, мадам.
— Другие могут. Твой мозг можно очистить и снова наполнить воспоминаниями, скажем, процентов десять от того, что было. Тогда тебя хватит еще на несколько столетий. А если такие чистки делать регулярно, ты стал бы вечным. Правда, это дорогостоящая процедура, но я не постояла бы за ценой.
— А со мной посоветуются, мадам? Спросят моего согласия?
— Конечно. Я не стану приказывать тебе: это означало бы не оправдать доверия доктора Фастольфа.
— Спасибо, мадам. В таком случае должен сказать, что никогда не соглашусь добровольно на такую процедуру, если только сам не обнаружу, что моя память перестала функционировать.
Они дошли до двери. Глэдия остановилась, честно недоумевая:
— А почему, Дэниел?
— Есть воспоми
Навигация с клавиатуры: следующая страница -
или ,
предыдущая -