ле того, что вытворял с ней тот псих.
Послышался звук разливаемого по бокалам вина.
- Тигран, я знаю тебя, что ты задумал? - настороженно спросил Илиан. - Боюсь, что несусветную глупость.
- Ты хочешь сказать, что я всегда делаю глупости? И как правитель принимаю неверные решения? - голос мужа звучал вызывающе.
- Нет, как правитель, ты мудр и справедлив, - возразил младший брат. - Но вот что касается Манон... у тебя словно мозг отключается.
- Илиан, брат, я сам не понимаю, что происходит. Она та - и не та женщина, что была так дорога мне. Я не узнаю её. В ней погас огонь, что так привлекал меня. Она словно покрылась коркой льда. Почти беспрекословно выполняет всё, что я прошу... она вновь стала Бледной Молью. Я уже не хочу прикасаться к ней ежеминутно. Вспоминаю... только, когда вижу... хотя раньше все мысли были о ней. Хочу видеть её обнажённой, мне надоели эти её тонкие сорочки, голая она только в темноте, когда я не могу видеть её шрамов... Шрамы... Илиан... они почти везде, где бы ни коснулась рука... такая нежная и бархатистая кожа, но руки постоянно ощущают этот контраст. Раньше он возбуждал необыкновенно, а теперь раздражает. Хочу прикасаться к своей женщине без этих напоминаний о её прошлом.
Манон сползла по стене, заткнув рот кулаком, вгрызаясь зубами, чтоб не завопить во всю глотку от той боли, что раздирала её изнутри. Душа корчилась в агонии.
- Тигран, - изумленно произнёс Илиан. - Я не верю своим ушам. Что ты мелешь, ты пьян?
- Да, я пьян, и поэтому говорю то, что давно гложет меня. Она просила отпустить её в поместье на месяц. Я отпущу. А сам уеду в охотничий домик на этот месяц. Поэтому и поз
Послышался звук разливаемого по бокалам вина.
- Тигран, я знаю тебя, что ты задумал? - настороженно спросил Илиан. - Боюсь, что несусветную глупость.
- Ты хочешь сказать, что я всегда делаю глупости? И как правитель принимаю неверные решения? - голос мужа звучал вызывающе.
- Нет, как правитель, ты мудр и справедлив, - возразил младший брат. - Но вот что касается Манон... у тебя словно мозг отключается.
- Илиан, брат, я сам не понимаю, что происходит. Она та - и не та женщина, что была так дорога мне. Я не узнаю её. В ней погас огонь, что так привлекал меня. Она словно покрылась коркой льда. Почти беспрекословно выполняет всё, что я прошу... она вновь стала Бледной Молью. Я уже не хочу прикасаться к ней ежеминутно. Вспоминаю... только, когда вижу... хотя раньше все мысли были о ней. Хочу видеть её обнажённой, мне надоели эти её тонкие сорочки, голая она только в темноте, когда я не могу видеть её шрамов... Шрамы... Илиан... они почти везде, где бы ни коснулась рука... такая нежная и бархатистая кожа, но руки постоянно ощущают этот контраст. Раньше он возбуждал необыкновенно, а теперь раздражает. Хочу прикасаться к своей женщине без этих напоминаний о её прошлом.
Манон сползла по стене, заткнув рот кулаком, вгрызаясь зубами, чтоб не завопить во всю глотку от той боли, что раздирала её изнутри. Душа корчилась в агонии.
- Тигран, - изумленно произнёс Илиан. - Я не верю своим ушам. Что ты мелешь, ты пьян?
- Да, я пьян, и поэтому говорю то, что давно гложет меня. Она просила отпустить её в поместье на месяц. Я отпущу. А сам уеду в охотничий домик на этот месяц. Поэтому и поз
Навигация с клавиатуры: следующая страница -
или ,
предыдущая -