гаясь. Красный бюстгальтер остается неснятым. Сегодня какой-то особенный день?
— Я хочу от тебя детей, — шепчет она, наклонившись к моему лицу и касаясь моей щеки влажными губами. — Понимаешь?
Я еле удерживаюсь от того, чтобы не ответить: «Я, типа, тоже». Хотя, если честно, первая моя реакция — вскочить и надеть презерватив. Вместо этого я обнимаю ее, мы долго целуемся, я шепчу:
— I love you, baby, — и добавляю уже по-русски: — Я люблю тебя…
— Я люблю тебя! — кричит Лена.
— Я люблю тебя! — кричу я. Можно было бы укусить ее за мочку уха, да только это слишком уж отдает «Орхидеей». Поэтому я просто снова целую ее в губы.
Кажется, она опять принимается плакать…
РИТА
Телка-модель — это вчерашний день.
Телку-модель,
Телка-модель — это не модно. Телка-модель — это вчерашний день. Телку-модель,
КАЧ. Телка-модель.
— Bay! Нереально! И кто это устраивает? Тарико? Класс! — Рита поворачивается ко мне, не отрывая LG Prada от уха, и поднимает левой рукой бокал с «мохито», будто бы чокаясь со мной на расстоянии, хотя мы сидим рядом. Последние полчаса ей звонят каждую минуту. В те редкие моменты, когда не звонят, звонит она. Диалоги стандартные: она рассказывает подругам, где находится, подруги рассказывают, где находятся они. Между приветствиями — описание присутствующих, смешки, междометия, восклицания «Вау!», «Класс!», «Супер!» и «Бред какой-то». Разговор сопровождается отчаянной, киношной жестикуляцией. Обычно так выглядят люди, копирующие манеру поведения отечественных кинозвезд. Рита же выглядит как копирующая манеру поведения людей, копирующих отечественных кинозвезд.
Периодически мы возвращаемся к предмету нашего разговора, каждый раз вспоминая, на чем остановились. В какой-то момент я теряю нить и желание договорить до конца и
— Я хочу от тебя детей, — шепчет она, наклонившись к моему лицу и касаясь моей щеки влажными губами. — Понимаешь?
Я еле удерживаюсь от того, чтобы не ответить: «Я, типа, тоже». Хотя, если честно, первая моя реакция — вскочить и надеть презерватив. Вместо этого я обнимаю ее, мы долго целуемся, я шепчу:
— I love you, baby, — и добавляю уже по-русски: — Я люблю тебя…
— Я люблю тебя! — кричит Лена.
— Я люблю тебя! — кричу я. Можно было бы укусить ее за мочку уха, да только это слишком уж отдает «Орхидеей». Поэтому я просто снова целую ее в губы.
Кажется, она опять принимается плакать…
РИТА
Телка-модель — это вчерашний день.
Телку-модель,
Телка-модель — это не модно. Телка-модель — это вчерашний день. Телку-модель,
КАЧ. Телка-модель.
— Bay! Нереально! И кто это устраивает? Тарико? Класс! — Рита поворачивается ко мне, не отрывая LG Prada от уха, и поднимает левой рукой бокал с «мохито», будто бы чокаясь со мной на расстоянии, хотя мы сидим рядом. Последние полчаса ей звонят каждую минуту. В те редкие моменты, когда не звонят, звонит она. Диалоги стандартные: она рассказывает подругам, где находится, подруги рассказывают, где находятся они. Между приветствиями — описание присутствующих, смешки, междометия, восклицания «Вау!», «Класс!», «Супер!» и «Бред какой-то». Разговор сопровождается отчаянной, киношной жестикуляцией. Обычно так выглядят люди, копирующие манеру поведения отечественных кинозвезд. Рита же выглядит как копирующая манеру поведения людей, копирующих отечественных кинозвезд.
Периодически мы возвращаемся к предмету нашего разговора, каждый раз вспоминая, на чем остановились. В какой-то момент я теряю нить и желание договорить до конца и
Навигация с клавиатуры: следующая страница -
или ,
предыдущая -